четверг, 31 марта 2011 г.

87 ОТДЕЛЬНЫЙ ТЯЖЕЛЫЙ ТАНКОВЫЙ БАТАЛЬОН


 Великанов Петр Федотович (Федорович), майор/ подполковник, командир 87 ОТБ ( 25 отп).














23.08.1941 г.  на основании приказания начальника штарма 11 рота танков КВ в количестве 6-ти танков должны были занять оборону одним взводом в районе д. Плешаково, другим взводом в районе д. Старое Рамушево с задачей не дать возможности противнику занять переправу и поддержать отход наших частей с западной стороны р. Ловать...





06.09.1941




02.09.1941  Командиру танков КВ совместно с батальоном 285 сп овладеть Васильевщина и выручить застрявший танк "КВ" на северо-восточной окраине..
Командиру танков "КВ" с рассветом занять огневые позиции западнее Рыкалово и подавить огневые точки противника .С началом наступления продвигаться вперед на западную окраину Васильвщина обеспечивая наступление пехоты.
08.09.1941 г
 

 http://warspot.ru/3849-kv-1-protiv-myortvoy-golovy-pervaya-vstrecha



Бой: план и реальность

31 августа 1941 года, ровно в полночь, на основании приказа начальника штаба 11-й армии взвод танков КВ в составе трёх машин под командованием старшего лейтенанта Квашнина был передан в распоряжение 183-й стрелковой дивизии. Приказом командира 183-й СД прибывшие танки были приданы 285-му стрелковому полку (СП) и получили задачу овладеть деревней Васильевщина и в дальнейшем вести наступление на деревню Бяково. Атака намечалась на утро 31 августа.
285-й стрелковый полк прибыл в этот район недавно и ничего не знал об установленных своими предшественниками минных полях перед фронтом наступления танков. Части, которые сменил 285-й СП, попросту забыли сообщить им о том, что заминировали берег и переправу через реку Пола. Забегая вперёд, отметим, что именно этот просчёт во многом предопределил провал операции.

План атаки КВ был прост: наступать вдоль дороги, связывающей деревни Рыкалово и Васильевщина. Первый танк под командованием лейтенанта Сурина должен был идти левее дороги и не доходя 500 метров до деревни повернуть на её восточную окраину. Следом по тому же маршруту должен был идти КВ командира роты, старшего лейтенанта Квашнина, командовавшего в этом сражении взводом. Наконец, третий танк под командованием лейтенанта Ярыгина должен был наступать параллельным курсом правее дороги. При выдвижении с позиций и на ходу танки должны были вести огонь из орудий, подавляя пулемётные и миномётные позиции немцев, а по группам пехоты противника из танков должен был вестись пулемётный огонь. Поддерживать танковую атаку должна была пехота 285-го стрелкового полка. После того как танковый взвод занял бы Васильевщину, все три танка должны были воссоединиться на северной окраине деревни. Атака была назначена на 11.00.
Но всё пошло не так.
В 10:45 танки начали обстрел позиций немцев из орудий. Приняв обстрел за начало операции, пехота 285-го стрелкового полка поднялась в атаку (численность полка на тот момент составляла чуть меньше батальона). Немцы в ответ открыли сильный пулемётный огонь и вынудили пехоту залечь.
В 11:00 три танка КВ с десантом на броне выдвинулись с исходных позиций. Наступление танков велось согласно плану, а вот пехота, понеся потери от пулемётного огня, в атаку не пошла. Немецкий артиллерийский передовой наблюдатель тут же подал сигнал о танковой атаке, выстрелив специальным патроном для ракетницы, издающим в полёте громкий свист. После этого головной танк лейтенанта Сурина был взят под обстрел 37-мм противотанковых пушек (3,7 cm Pak), однако никакого влияния на движение хорошо бронированного танка они оказать не сумели. Зато это сумели сделать мины, установленные своими же братьями по оружию…
Пройдя всего 150 метров, танк лейтенанта Сурина наехал на мину, выставленную ранее сапёрами РККА. В результате у этого КВ были разбиты два трака и повреждены катки, поэтому танк временно лишился хода. Вдобавок, на нём сосредоточился пулемётный огонь, вынудивший десант соскочить с брони и залечь. Даже находясь под огнём, экипаж за 25 минут смог исправить повреждения, но из-за потери времени танк не смог продолжать участие в атаке и в конечном итоге был вынужден отступать.
Танк командира подразделения Квашнина обошёл подорвавшегося «коллегу» и начал продвигаться к Васильевщине, однако не доезжая 500 метров до деревни попал уже на чужое минное поле (немцы выставили его ночью), подорвался и тоже лишился хода. Когда экипаж первого КВ смог починить перебитые траки, он проехал вперёд и взял на буксир танк командира, после чего вытащил его на исходные позиции, прикрываясь дымовой завесой. При этом танки подвергались постоянному обстрелу из стрелкового оружия и противотанковых пушек: нескольких 37-мм и одной 50-мм противотанковой пушки (5 cm PaK 38) третьего взвода первой батареи противотанкового дивизиона СС «Мёртвая голова».

В этом бою немцы впервые столкнулись с советскими танками КВ. В своих донесениях после этого боя они отметили хорошую живучесть танков. КВ советского командира находился без движения на минном поле на расстоянии всего 300 метров от позиций немецких противотанкистов. При приближении танка-буксира немцы попали в него четыре раза из 50-мм пушки, что вызвало пожар в башне, но даже это не смогло помешать советским танкистам вывести оба танка из боя.

Один против всех

Итак, танки Квашнина и Сурина вышли из боя — подорвавшись на минах и получив повреждения, они вернулись на исходные позиции. Осталось разобраться с КВ под командованием лейтенанта Ярыгина, шедшего в одиночку по правую сторону от дороги из Рыкалово в Васильевщину. Как можно догадаться, судьба танка оказалась незавидной — именно он впоследствии стал героем выставленных на eBay фотографий с позирующими эсэсовцами.
Лейтенант Ярыгин с экипажем своего КВ продолжил штурм Васильевщины в одиночку: пехота залегла, танки товарищей подорвались, десант с брони спрыгнул из-за пулемётного огня.
До сих пор не ясно, почему лейтенант Ярыгин, видя проблемы двух других танков, решил идти на штурм Васильевщины в одиночку. В боевом донесении командира роты Квашнина, чей КВ после подрыва на немецкой мине был отбуксирован танком лейтенанта Сурина, сказано, что танк Ярыгина «назад на исходные позиции не вернулся по неизвестной причине».
Cледуя первоначальному плану, КВ Ярыгина доехал до позиций немецкой пехоты, «проутюжил» их и прорвался в деревню, раздавив по ходу дела немецкий станковый пулемёт с пулемётчиком. В это время по нему с близкой дистанции открыла огонь немецкая 37-мм противотанковая пушка из роты тяжёлого вооружения 1-го полка дивизии СС «Мёртвая голова», замаскированная около крайнего дома деревни. Огонь этой пушки не причинил КВ вреда, но эти действия имели печальные последствия для немцев — пушка была обнаружена, прижата к дому и раздавлена.
Но эта жертва немецких артиллеристов не была напрасной. Для уничтожения пушки КВ повернулся лбом к дому, подставив под обстрел кормовую часть. Этим воспользовались немецкие артиллеристы второй 50-мм противотанковой пушки из 1-й батареи дивизиона СС «Мёртвая голова». Они вытащили своё орудие на новую позицию для стрельбы в корму КВ. Несмотря на то что советские танкисты заметили угрозу, успели развернуть башню и открыть огонь из спаренного пулемёта, немцы сумели первыми сделать выстрел и повредить пушку КВ, что спасло расчёт немецкого орудия от уничтожения. После этого немцы взяли потерявший свою главную разрушительную силу танк под плотный обстрел.

Окончательная развязка наступила тогда, когда на дымящийся, умолкший танк залез командир 1-го взвода противотанкового дивизиона СС и засунул в ствол орудия гранату М-24. Взрыв гранаты открыл башенный люк. Весь экипаж советского танка погиб в бою. После боя немцы насчитали в КВ лейтенанта Ярыгина 18 попаданий, из которых 3 были сквозными.
В отчёте командир немецкой батареи писал о том, как был уничтожен КВ:
Было произведено 38 выстрелов бронебойными снарядами (Pz.Gr.40). В результате были пробиты рубка механика-водителя и башня. Попадание в рубку механика-водителя вывело танк из строя, экипаж предположительно погиб в результате пожара, вызванного возгоранием боекомплекта после попадания бронебойного снаряда (Pz.Gr.40).
Несмотря на локальную победу, сделанные в ходе боя открытия эсэсовцев не порадовали:
«….
а) Расстояние для эффективной стрельбы по 52-тонным танкам бронебойными снарядами (Pzgr. 40) – не более 200 м.
б) Округлый выступ на верхней части кормы – наиболее уязвимое место 52-тонных танков.
Броня: приблизительно 3 см, очень сложно пробить».

Чтобы помнили

По документам 58 фонда ЦАМО, содержащего списки безвозвратных потерь, был установлен экипаж танка лейтенанта Ярыгина Василия Емельяновича:
  • Рульков Андрей Иванович, сержант, командир орудия;
  • Цехмейстер Иван Наумович, сержант, старший радиотелеграфист;
  • Темнов Георгий Васильевич, ефрейтор, старший механик-водитель;
  • Кононов Степан Петрович, красноармеец, моторист.
Сам Ярыгин выпустился из 2-го Саратовского танкового училища в июне 1941 года как командир взвода батальона тяжёлых танков. Вскоре после этого его направили получать новую технику на Кировский завод, а оттуда он вместе с танком попал на Северо-Западный фронт. Повоевать ему удалось всего месяц с небольшим…
 Лейтенант Ярыгин Василий Емельянович, фото сделано по отбытии из танкового училища на фронт в июне 1941 года

                                                                       

Поисковики отряда «Память» (г. Сольцы) установили памятник у деревенского дома, где завершился боевой путь экипажа. 
http://culture.novreg.ru/v-parfinskom-raione-ustanovlen-pamyatnik-tankistam.html

д. Васильевщина Парфинский р-н



Комментариев нет:

Отправить комментарий